Сочинение «Москва! Какой огромный странноприимный дом!…»

Загрузка...

Родившись и проведя детство в Москве и тихой подмосковной Тарусе, Марина Ивановна Цветаева на всю жизнь сохранила признательность и теплоту к родным местам. Как бы ни было тяжело и горько в отдельные годы жизни, она всегда с любовью вспоминала уютную профессорскую квартиру, бурные пассажи матери на рояле, безмятежное и счастливое детство, и в памяти всплывал родной город. Облака - вокруг, Купола - вокруг. Надо всей Москвой — Сколько хватит рук! - Возношу тебя, бремя лучшее, Деревцо мое Невесомое! Где бы ни жила Цветаева впоследствии, она не могла забыть Россию, свой родной город, ставший для нее путеводной звездой, в который в конце концов надеялась вернуться. Из рук моих — нерукотворный град Прими, мой странный, мой прекрасный брат. По церковке - все сорок сороков И реющих над ними голубков... Надо было обладать мужеством и огромной волей, чтобы, оказавшись в эмиграции, заброшенной и позабытой, сохранять в душе теплое чувство к родине, не озлобиться, не проклясть всех.

У Цветаевой хватило сил остаться самой собой, не переносить обиды, несправедливо нанесенные людьми, на родной город, казалось, отторгнувший ее. Марина Ивановна понимала, что “людишки творят ее судьбу”, а любовь к России и к Москве — вечна, переживет десятилетия, когда восторжествует справедливость. Настанет день, — печальный, говорят! — Отцарствуют, отплачут, отгорят, - Остужены чужими пятаками, — Мои глаза, подвижные, как пламя. И - двойника нащупавший двойник - Сквозь легкое лицо проступит — лик. О, наконец тебя я удостоюсь, Благообразия прекрасный пояс! Горечью веет от этих строк, оказавшихся пророческими.

Поэт часто может предвидеть события и свою судьбу. И как бы ни была решительна и смела Марина Ивановна, тяготы жизни, разлука с родиной настраивали ее на грустный лад. Она всей душой стремилась в Россию, никогда не считала себя эмигранткой (выехала из России за мужем — белым офицером), не писала хулу о советской стране, занималась творчеством. И стихи о России и Москве поддерживали дух автора, заставляли сохранять ту линию, которую Марина Ивановна выбрала изначально: никакой злобы против страны, взрастившей ее. Цветаева не приняла революцию. Всяческие перемены и кровавые распри были чужды ей. Но шли годы, и пристальнее она вглядывалась в далекую и желанную родину, радовалась ее успехам. Никакие красоты мира не могли заменить Марине Ивановне Россию, она была и осталась истинной патриоткой.

До Эйфелевой - рукою Подать! Подавай и лезь. Но каждый из нас - такое Зрел, зрит, говорю, и днесь, Что скушным и некрасивым Нам кажется ваш Париж. “Россия моя, Россия, Зачем так ярко горишь?”