Сочинение «Многословие и пустословие героев романа «Мертвые души»»

Загрузка...

Остановимся на некоторых примерах. Образ раскрывается через речевую характеристику. Многословие, пустословие, погоня за дешёвой красивостью— вот отличительные признаки почтмейстера речи. «Уснащение» его речи заключалось в том, что ои наводняя без всякой надобности свой рассказ «множеством разных частиц», короче — слов-паразитов, как-то: сударь ты мой; эдакой какой-нибудь; знаете; понимаете; можете себе представить; относительно; так сказать; некоторым образом. Такие слова он «сыпал… мешками», и в глазах непритязательного и ограниченного городского общества, эта особенности его речи стяжала ему славу красноречивого человека.

Блестящий образец «красноречия» почтмейстера со всеми свойственными ему качествами представляет «Повесть о капитане Копейкине». Здесь на виду и присущее ему многословие, и живость рассказа, и повторы, и погоня за иностранщиной, и риторические, эффекты, и просторечие, и множество различных частиц, «уснащающих» этот рассказ.Гоголь прекрасно воспроизводит в резко сатирическом плане типичную для того времени речь дамского общества. Дамское общество города N, являющееся типичным дамским обществом того времени, отличалось прежде всего слепым преклонением перед всем иностранным: этикетом, модами, языком. Стремясь к изяществу и благородству речи, дамы города N виде ли возможность приобрести эти свойства речи { лишь усиленным внедрением иностранных слов (преимущественно французских), очень часто искажённых.Пристрастие городских дам к французскому языку вынуждает Гоголя вставлять в их речь, даже в их характеристику ряд иностранных слов, которые несут здесь резко разоблачительную функцию: презентабельны, этикет, мода, контр-визит, манкировка, интересанта, аноним, инкомодите, клок, руло, шемизетка, бельфам, галопад, получать форс, роброны. В частности, употребление последнего слова сопровождается следующим замечанием Чичикова в сердцах, за словами которого мы ясно слышим.

самого автора: «Провал их возьми, как их называют…»Гоголь говорит, что они «отличались… необыкновенною осторожностью и приличием в славах и выражениях. Никогда не говорили они: «я высморкалась, я вспотела, я плюнула», а говорили: «я облегчила себе нос, я обошлась посредством платка». Ни в каком случае нельзя было сказать: «этот стакан или эта тарелка воняет…», а говорили вместо того: «этот стакан нехорошо ведёт себя». В другом месте поэмы Гоголь еще раз подчёркивает, что «дамские благовонные уста» с особым усердием прибегали к множеству намёков и вопросов, в обращении с Чичиковым, которого они старались обворожить изяществом своей речи: «Позволено ли нам, бедным жителям земли, быть такими дерзкими, чтобы спросить вас, о чём вы мечтаете?

». «Где находятся те счастливые места, в которых порхает мысль ваша?». «Можно ли знать имя той, которая погрузила вас в эту сладкую долину задумчивости?»Ту же функцию разоблачении изысканного и приглаженного языка дам выполняют отдельные придуманные ими эпитеты: «пирожное, известное под именем поцалуя»; «маленькие зубчатые стенки из тонкого батиста, известные под именем скррм-ностей».Венцом этой сентиментально-изящной дамской речи в поэме служит письмо, полученное Чичиковым. Оно было написано, по замечанию Тополя, «в духе тогдашнего (времени» и тем самым представляет наглядный образец эпистолярного стиля той эпохи. Кудреватость слога письма бросается в глаза.

Недаром даже Чичиков воскликнул: «А письмо очень, очень кудряво написано!».В этом письме, начинавшемся «очень решительно»: «Нет, я должна к тебе писать…», дан подбор формул сентиментально-романтической книжной речи, очень модных в то время, но приведённых Гоголем с целью явного разоблачения. В письме говорится о «тайном сочувствии между душами», ставятся многозначительные риторического характера вопросы с данными на них ответами: «Что жизнь наша? — Долина, где поселились горести.